PCEtLVN0aWNreSBMZWZ0LS0+DQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7IH0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDEzNDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgbGVmdDowO319DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxNTAwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV80IHsgd2lkdGg6IDI0MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IGxlZnQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7fX0NCjwvc3R5bGU+DQoNCjxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPSIvL3BhZ2VhZDIuZ29vZ2xlc3luZGljYXRpb24uY29tL3BhZ2VhZC9qcy9hZHNieWdvb2dsZS5qcyI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tIGV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8zIC0tPg0KDQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzkxODM2OTIwMyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+PCEtLVN0aWNreSBSaWdodC0tPg0KDQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowOyB9DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxMzQwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8yIHsgd2lkdGg6IDE2MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IHJpZ2h0OjA7fX0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDE1MDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMjQwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgcmlnaHQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowO319DQo8L3N0eWxlPg0KPHNjcmlwdCBhc3luYyBzcmM9Ii8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0gZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgLS0+DQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzM0MDc0OTY4MyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+
В Киеве стартовала 42-ая «Молодость» | Вікна-Новини
PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTI0OSINCmRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWZvcm1hdD0iZnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tc2l0ZV9pZD0iU1RCX0Z1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWNvbnRlbnRfaWQ9InZpa25hLnN0Yi51YSIgc3JjPSIvL3BsYXllci52ZXJ0YW1lZGlhLmNvbS9vdXRzdHJlYW0tdW5pdC8yLjAxL291dHN0cmVhbS11bml0Lm1pbi5qcyI+PC9zY3JpcHQ+

В Киеве стартовала 42-ая «Молодость»

Вікна-Новини

Вiкна 22:00

В Киеве стартовала 42-я «Молодость». На открытии
кинофестиваля показали «Шкурники» — украинскую черно-белую комедию, которая
была запрещена более полувека. К немой ленте написали оригинальную
симфоническую музыку.

1929 год. Украинский режиссер Николай Шпиковский снимает на
Подоле комедию «Шкурники». Главный герой – обыватель с Андреевского спуска – Аполлон
Шмигуев. Гражданскую войну хочет пересидеть во Львове: от белых и красных
спасается из Киева верхом на верблюде. Едва ли не первая украинская комедия –
удалась такой сатирической, что советская власть сразу ее запретила. В 80-х
спецкинофонды открыли. А год назад Украина выкупила у России копию «Шкурников»
за 30 тысяч гривен.

Иван Козленко,
заместитель директора Национального центра им. Довженко:

Це була єдина копія в Москві, причому цікаво, що
вона збереглася з українськими інтертитрами. Це свідчить про те, що фільм не
був в прокаті, тому що фільми, які попадали в російський прокат, українські
титри з них витиналися, на їхнє місце ставилися російські.

Немую черно-белую ленту с оригинальными титрами восстановили
и оцифровали. А еще написали симфонический саундтрек. За красных на экране
отвечают – скрипки и валторны. За казаков – трубы.

Образ приспособленца Аполлона создает фагот.

То, что столетие назад в немых киносеансах выполняли таперы
на фортепиано, здесь делает целый оркестр Национальной оперы.

Артем Рощенко, автор
оркестровой партитуры к фильму «Шкурники»:

Честно говоря, фильм
без звука посмотреть – непонятно, кто это. Красные? Белые? Бандиты? Казаки? И в
то время люди тоже ничего не понимали. И вот задача музыки дополнительно
разъяснить, помочь зрителю понять – кто, где и как.

Чтобы усилить атмосферу киноистории композитор Вячеслав
Назаров добавил популярные музыкальные темы 10-20-х годов – от «Боже, царя
храни!» до легендарного уличного шлягера «По улице ходила большая крокодила».

Большие красные цифры на экране – это нумерация тактов. Во время
концерта на скрытых мониторах – это будет такая подсказка для музыкантов. Фильм
длится час и 17 минут. За это время оркестр неустанно выполняет 96 000 нот.

Артем Рощенко, автор
оркестровой партитуры к фильму «Шкурники»:

Что-то произошло,
слетел ли музыкант или дирижер – хотя такое невозможно, но это – дополнительная
помощь, где мы находимся в каком месте партитуры.

Вячеслав Назаров,
автор музыки к фильму «Шкурники»:

Там ведь в музыке
отражено, например, как очки сползают, и должен музыкант сыграть глиссандо, и
если вдруг они чуть-чуть ускорили предыдущий номер, то они никогда не попадут туда.
А здесь, видите, все попадает вроде бы.

У дирижера Германа Макаренко в ухе микродинамик – это метроном
стучит сложный ритм, который на протяжении фильма постоянно меняется. А еще
маэстро – единственный из оркестра, кто стоит лицом к экрану.

Герман Макаренко,
дирижер национальной оперы Украины:

Одним оком – в партитуру, другим оком – на екран,
третім оком – на праву частину оркестру, четвертим – на ліву частину оркестру,
а п’ятим – на все разом.

Первый кларнет оркестра Саша вздыхает: они кино завтра точно
не увидят.

Александр
Ганапольский, первый кларнет оркестра:

Очень интересно, но
нельзя поворачиваться во время игры, не могу повернуться и смотреть, хотя очень
интересно. Играет на кларнете.