PCEtLVN0aWNreSBMZWZ0LS0+DQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7IH0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDEzNDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgbGVmdDowO319DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxNTAwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV80IHsgd2lkdGg6IDI0MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IGxlZnQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7fX0NCjwvc3R5bGU+DQoNCjxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPSIvL3BhZ2VhZDIuZ29vZ2xlc3luZGljYXRpb24uY29tL3BhZ2VhZC9qcy9hZHNieWdvb2dsZS5qcyI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tIGV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8zIC0tPg0KDQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzkxODM2OTIwMyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+PCEtLVN0aWNreSBSaWdodC0tPg0KDQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowOyB9DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxMzQwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8yIHsgd2lkdGg6IDE2MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IHJpZ2h0OjA7fX0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDE1MDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMjQwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgcmlnaHQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowO319DQo8L3N0eWxlPg0KPHNjcmlwdCBhc3luYyBzcmM9Ii8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0gZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgLS0+DQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzM0MDc0OTY4MyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+
70 процентов украинцев не верят правоохранителям – соцопрос | Вікна-Новини
PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTI0OSINCmRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWZvcm1hdD0iZnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tc2l0ZV9pZD0iU1RCX0Z1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWNvbnRlbnRfaWQ9InZpa25hLnN0Yi51YSIgc3JjPSIvL3BsYXllci52ZXJ0YW1lZGlhLmNvbS9vdXRzdHJlYW0tdW5pdC8yLjAxL291dHN0cmVhbS11bml0Lm1pbi5qcyI+PC9zY3JpcHQ+

70 процентов украинцев не верят правоохранителям – соцопрос

Вікна-Новини

Вікна 22:00

Им не верят. Их боятся. Трое из четырех украинцев, увидев их ночью, предпочитали бы стать невидимыми, чтобы только избежать встречи. Речь идет об украинской милиции. Соцопросы ошеломляют – граждане боятся тех, кто должен охранять их покой. «Вікна» пытались понять, почему.
Александр с детства грезил милицией, через месяц он станет участковым инспектором. Здесь, в Киевском милицейском училище таких, как он, идейных курсантов, только каждый седьмой. Шесть из семи пришли сюда не из-за идеи и мечты защищать общество. А зачем — знает здешний психолог.

Лариса Куценко, старший психолог училища:
Всі інші, потому шо так треба, це якась державна служба. Ідуть, щоб кудись влаштуватися. Якщо взглянуть на атестат міліціонера, то це дуже і дуже плачевна ситуація.
Чтоб пополнить ряды участковых или ппсовцев, надо только окончить школу и отслужить в армии. Дальше — собеседование в райотделе и больничная комиссия. Всех, кто сильный и здоровый, после этого обычно берутся учить.   
За 4 месяца научат владеть оружием и драться с преступниками.
Николай Васильевич — легенда уголовного розыска. Он — полковник в отставке, 45 лет ловил преступников. Вспоминает, раньше, чтоб стать хотя бы простым участковым, нужно было иметь идеальную биографию. В 66-м, перед тем, как взять на учебу, на него собрали настоящее досье.
Николай Розчин, полковник в отставке:

Треба було рекомендацію з места роботи, з райвідділу міліції і з комсомолу, де я жив в гуртожитку там сусідів попитали, послали запит до батьків сусідів попитали, зібрали кипу матеріалів.
Ветеран говорит, сегодня все изменилось. В органы идут все, кто не может найти себе другую работу. И делают это ради последующей карьеры в службах безопасности или банках. Из милиции увольняются через 3-5 лет из-за мизерной зарплаты и отсутствия государственного обеспечения, и даже медицинского страхования жизней милиционеров.
Николай Розчин, полковник в отставке:
Начальник розшуку райвідділа в Києві, він не знає в обличчя своїх підлеглих, тому що сьогодні одні, завтра інші. Він сидить на валізах, він не відчуває відповідальність за своє місце.
Такая кадровая политика привела к грустным последствиям. По последним опросам социологов фонда демократических инициатив, правоохранителям не верят 70 процентов украинцев. Это — наихудший показатель среди всех европейских стран. Автор исследования, Ирина Бекешкина видит в этом угрожающую тенденцию.
Ирина Бекешкина, социолог:
Якщо ця ситуація продовжуватиметься, а ми бачимо зростання недовіри до судово-правової системи, ми можемо бачити явища самосуду, коли люди братимуть правосуддя в свої руки, а це дуже небезпечна ситуація.
Результаты соцопросов очень мрачные: среди людей, которые не доверяют милиции, каждый пятый украинец говорит: если столкнется с вопиющей несправедливостью, готов совершить самосуд.