PCEtLVN0aWNreSBMZWZ0LS0+DQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7IH0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDEzNDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgbGVmdDowO319DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxNTAwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV80IHsgd2lkdGg6IDI0MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IGxlZnQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7fX0NCjwvc3R5bGU+DQoNCjxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPSIvL3BhZ2VhZDIuZ29vZ2xlc3luZGljYXRpb24uY29tL3BhZ2VhZC9qcy9hZHNieWdvb2dsZS5qcyI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tIGV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8zIC0tPg0KDQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzkxODM2OTIwMyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+PCEtLVN0aWNreSBSaWdodC0tPg0KDQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowOyB9DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxMzQwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8yIHsgd2lkdGg6IDE2MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IHJpZ2h0OjA7fX0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDE1MDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMjQwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgcmlnaHQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowO319DQo8L3N0eWxlPg0KPHNjcmlwdCBhc3luYyBzcmM9Ii8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0gZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgLS0+DQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzM0MDc0OTY4MyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+
Под Днепропетровском есть приют для бывших заключенных | Вікна-Новини
PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTI0OSINCmRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWZvcm1hdD0iZnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tc2l0ZV9pZD0iU1RCX0Z1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWNvbnRlbnRfaWQ9InZpa25hLnN0Yi51YSIgc3JjPSIvL3BsYXllci52ZXJ0YW1lZGlhLmNvbS9vdXRzdHJlYW0tdW5pdC8yLjAxL291dHN0cmVhbS11bml0Lm1pbi5qcyI+PC9zY3JpcHQ+

Под Днепропетровском есть приют для бывших заключенных

Вікна-Новини

Вікна 22:00

Их соседи — три десятка убийц и рецидивистов. В пригороде Днепропетровска заработал приют для бывших заключенных. Там они выращивают помидоры, кормят кроликов. А еще  собирают по всему городу брошенные вещи. Потому что они — так же ненужны людям, как и вчерашние узники.
В неспокойные 90-е слесарь Виктор Литвяков решил заняться бизнесом: ремонтировать машины. Но правоохранители обвинили его в причастности к бандитским группировкам и посадили в СИЗО. Это, жалуется, стало наибольшим потрясением в его жизни.
«Там беспредел. Беспредел, пресхаты, выбивания. Из человека делают животное», — говорит Виктор Литвяков, директор реабилитационного центра для бывших узников.
С тех пор Виктор принялся помогать бывшим зекам. Сначала просто нанимал на работу. А затем приобрел земельный участок на околице Днепропетровска и заселил его бывшими узниками.
«Людей выбрасывают на улицу, а поднять их никто не может. Приходят люди без документов. И нету ни прописки, ни документов, никуда их не устроишь», — объясняет Виктор Литвяков, директор реабилитационного центра для бывших узников.
В настоящий момент здесь 30 жителей, целый день они работают: кто на приусадебном участке, кто с животными, другие нанимаются на подсобные работы. Большая часть заработанных денег идет на счет центра. Зато люди получают крышу над головой, одежду и трехразовое питание.
Он присматривает за козами, курами, гусями и кроликами, которые живут на задворках реабилитационного центра. На счету Анатолия Третяка — несколько убийств. Мужчине скоро 70. Едва не всю свою жизнь — в тюрьме. 
Оля — в прошлом наркозависимая и продавец наркотиков. У нее нет жилья, родные отказались. В приюте она стала коллекционировать игрушечных лягушат.
На территории приюта — нет ни одной новой вещи. Все — от ограждения, стульев, и заканчивая кафелем в душевой — найдено на улице.   
Главный признак приюта — очень высокий тополь, весь полностью завешенный старыми сумками. Каждый новенький должен повесить сюда — какую-то сумку. Как бы оставить в ней все свои грехи.
Такая концентрация преступников, хоть и бывших, у себя под боком, не очень радует соседей. Впрочем, признают, что плохого от них не видели. Наоборот, люди в татуировках — отремонтировали во дворе все скамьи.  
Не всем удается долго продержаться в приюте. Здесь часто кого-то выгоняют, если нарушил закон, ленился или даже стал пьянствовать. Однако кое-кому удается действительно начать новую жизнь. Найти достойную работу, помириться с родственниками. И возможно, когда-то — вернуться домой.