«Вікна» посмотрели, как живут польские фермеры и сравнили с украинскими

Вікна-Новини

Вікна 18:00

«Вікна» сравнили, как живется польским, белорусским и украинским фермерам.
Среднестатистическая польская ферма построена по всем европейскими стандартами еще в 2004-м — именно тогда, когда Польша входила в Европейский союз. В просторном хлеве-павильоне — почти три сотни коров. Едят только натур-продукт, а их содержание полумеханизированное, что позволяет семье всего из двух людей полностью обслуживать все поголовье.
Дариуш начинал свое дело с двух десятков коров. Еще 20 лет назад, здесь стоял трухлявый хлев. А когда впервые поехал в Германию смотреть, как работают тамошние фермы, не переставал удивляться.  
Теперь у него свой космос. Коровы со сканерами на шее, механизированная чесалка и дозированные витамины.  Доить берется жена. Сама. Во дворе немало техники, и тракторов.
Дариуш не скрывает, что был против вступления в Евросоюз. Думал, что поляки не устоят перед конкуренцией, но дотации и низкие кредиты изменили его скептицизм на успешный семейный бизнес. Рассказывает простую математику. Стоимость хлева — 150 тысяч евро — на половину взял кредит, другая половина — это дотации.
Польские товары Союзу пришлись по вкусу. А эксперты уже просчитали, что ставка на сельское хозяйство сыграла ВА-БАНК.
«Зникли всі торгівельні бар’єри і в цьому найкраща річ, бо немає кордонів у торгівлі. Ці умови суттєво підвищили умови життя на селі і доходи з сільської продукції зросли вдвічі», — объяснил Гжегож Дибовский, эксперт Института агропромышленности (Польша).
Во время, что они в ЕС, польские фермеры получили более 30 миллиардов евро инвестиций.  
Таможенный союз инвестиций не дает. У белорусского фермера Михаила хозяйство хоть не хуже, чем в Европе, зато все это сделал собственными руками. Он — белорусский трудоголик. Начинал с 20 гектаров. Кредитование не было.
«Приходилось у знакомых деньги занимать. Но пережили это время, постепенно получили еще землю в начале 2000-х годов, колхозники попросились к нам, потому что мы работали эффективнее, чем колхоз», — рассказывает Михаил Шруба, фермер (Беларусь).
В настоящий момент у него более тысячи гектаров земли, механизированное производство, современные конюшни и 120 работников. Сбыт только в Россию и Казахстан.
«Много бюрократических формальностей отошло в сторону. Остается только одно непременное условие — конкурентоспособность. На том же российском рынке торгует и польский фермер, торгует и голландский фермер. В Європу мы не поставляем, к сожалению, ничего», — говорит Михаил Шруба, фермер (Беларусь).
 
Белорусские эксперты говорят, в том и минус Таможенного Союза — рынок ограниченный, и все зависит от непрогнозируемых русских прихотей.
«Мы даже, имея дешевые энергоносители, сдаем свои позиции, в, увы, и на российском рынке у нас были мясо-молочные войны, были проблемы с ценами на газ, на нефть, на транзит. Мы живем в постоянном состоянии ожиданий», — сказал  Борис Желиба, экономист-аналитик (Беларусь).
В украинских реалиях воробьи в лужах, старые трактора и хлева, которые достались в наследство еще от Советского союза. Из председателя колхоза он стал украинским фермером. После приватизации сводит концы с концами.
«Мы мечтаем, мы мечтаем о такой технике, была бы возможность в финансовом плане хотя бы решили на уровне державы выдачу долгострочных кредитов на 10, на 15 лет под. Доступные проценты, мы бы взяли, и в течение двух лет я бы модернизировал все предприятие. А на сегодняшний день, когда ты берешь кредит под 20% годовых, и то не так просто взять того кредита», — рассказывает Бат Батов, фермер (Украина).
Он показывает свои 7 сотен коров. Они ухожены, вымыты, дают качественное молоко. Однако вместо техники — 40 доярок. И еще несколько отечественных тракторов.   
Бат объясняет, украинские реалии — это еще и бесконечные проверки, которые пасутся больше, чем коровы на его поле. И ни одной помощи от государства. Зато новые налоги.